Неточные совпадения
—
Ваше сиятельство! не сойду с места, покуда не получу
милости! — говорил <Чичиков>, не выпуская сапог князя и проехавшись, вместе с ногой, по полу в фраке наваринского пламени и дыма.
— Как
милости вашей будет завгодно, — отвечал на все согласный Селифан, — коли высечь, то и высечь; я ничуть не прочь от того. Почему ж не посечь, коли за дело, на то воля господская. Оно нужно посечь, потому что мужик балуется, порядок нужно наблюдать. Коли за дело, то и посеки; почему ж не посечь?
Хлестаков. Сделайте
милость, садитесь. Я теперь вижу совершенно откровенность
вашего нрава и радушие, а то, признаюсь, я уж думал, что вы пришли с тем, чтобы меня… (Добчинскому.)Садитесь.
Купцы. Так уж сделайте такую
милость,
ваше сиятельство. Если уже вы, то есть, не поможете в нашей просьбе, то уж не знаем, как и быть: просто хоть в петлю полезай.
Коробкин. В следующем году повезу сынка в столицу на пользу государства, так сделайте
милость, окажите ему
вашу протекцию, место отца заступите сиротке.
— Ну, какое
ваше дело! Мало вы разве и так мужиков наградили! И то говорят:
ваш барин от царя за то
милость получит. И чудно: что вам о мужиках заботиться?
— А! — проговорил он с достоинством и не трогаясь с места, — очень рад
вашему посещенью.
Милости прошу садиться. А я вот с Вензором вожусь… Тихон Иваныч, — прибавил он, возвысив голос, — пожалуй-ка сюда. Гость приехал.
— Господин почтенный, едем мы с честного пирка, со свадебки; нашего молодца, значит, женили; как есть уложили: ребята у нас все молодые, головы удалые — выпито было много, а опохмелиться нечем; то не будет ли
ваша такая
милость, не пожалуете ли нам деньжонок самую чуточку, — так, чтобы по косушке на брата? Выпили бы мы за
ваше здоровье, помянули бы
ваше степенство; а не будет
вашей к нам
милости — ну, просим не осерчать!
— Ах вы, отцы наши! — воскликнул Софрон, — да как же им худо идти, делам-то! Да ведь вы, наши отцы, вы, милостивцы, деревеньку нашу просветить изволили приездом-то своим, осчастливили по гроб дней. Слава тебе, Господи, Аркадий Павлыч, слава тебе, Господи! Благополучно обстоит все
милостью вашей.
—
Ваше сиятельство!
милости просим! — закричал Ситников.
— Дюже много! Да вы уж сделайте
милость,
ваше благородие, пожалуйте к ним в комнату.
Сердце старика закипело, слезы навернулись на глаза, и он дрожащим голосом произнес только: «
Ваше высокоблагородие!., сделайте такую божескую
милость!..» Минский взглянул на него быстро, вспыхнул, взял его за руку, повел в кабинет и запер за собою дверь.
Милон. Я почту за истинное счастие, если удостоюсь
вашего доброго мнения,
ваших ко мне
милостей…
Софья. Дядюшка!
ваши ко мне
милости…
Стародум. К чему так суетиться, сударыня? По
милости Божией, я
ваш не родитель; по
милости же Божией, я вам и незнаком.
«
Ваше благородие, сделайте мне такую
милость, — прикажите поднести стакан вина; чай не наше казацкое питье».
—
Ваше царское величество, не прикажите казнить, прикажите миловать! Из чего, не во гнев будь сказано
вашей царской
милости, сделаны черевички, что на ногах
ваших? Я думаю, ни один швец ни в одном государстве на свете не сумеет так сделать. Боже ты мой, что, если бы моя жинка надела такие черевики!
—
Милости просим от всего сердца, — ответил игумен. — Господа! Позволю ли себе, — прибавил он вдруг, — просить вас от всей души, оставив случайные распри
ваши, сойтись в любви и родственном согласии, с молитвой ко Господу, за смиренною трапезою нашей…
Для того чтоб обратить на вас монаршую
милость — нам надобны доказательства
вашего раскаяния.
Про четвертого агронома, немца, ничего не делавшего и едва ли понимавшего что-нибудь в агрономии, о. Ираклий рассказывал мне, будто после одного августовского мороза, побившего хлеб, он поехал в Рыковское, собрал там сход и спросил важно: «Почему у вас был мороз?» Из толпы вышел самый умный и ответил: «Не могим знать,
ваше превосходительство, должно,
милость божия изволила так распорядиться».
— Да
милости просим, пожалуйте; я слишком рад и без объяснений; а за
ваше доброе слово о дружеских отношениях очень вас благодарю. Вы извините, что я сегодня рассеян; знаете, я как-то никак не могу быть в эту минуту внимательным.
— Явите божескую
милость,
ваше высокоблагородие, господин следователь второго участка, — заявлял старик. — Сам привел к вам разбойника… Он стравил Нагибина. Уж поверьте родному отцу.
— Опять же и то взять, — опять помолчав, продолжал свое нести Фадеев. — Только что приказали вы идти каждому к своему месту, слепые с места не шелохнулись и пуще прежнего зачали буянить, а которы с видами, те, надеясь от
вашего здоровья
милости, по первому слову пошли по местам… Самым главнеющим озорникам, Сидорке во-первых, Лукьяну Носачеву, Пахомке Заплавному, они же после в шею наклали. «Из-за вас, говорят, из-за разбойников, нам всем отвечать…» Народ смирный-с.
— Здравствуйте, крещеные, многолетствуйте, люди добрые! Жить бы вам Божьими
милостями, а нам
вашими!.. — громко крикнул Чапурин артели рабочих и, сняв картуз, поклонился.
—
Милости просим,
милости просим! Хоть всю осень гости́, хоть зимы прихвати — будем радехоньки, — говорил Сурмин вылезавшему из тележки Самоквасову. — Андрей, — обратился он к старшему сыну, — вели своей хозяйке светелку для гостя прибрать, а Наталье молви, самовар бы ставила да чай в мастерской собрала бы.
Милости просим, Петр Степаныч, пожалуйте,
ваше степенство, а ты, Сережа, тащи в светелку чемодан, — приказывал другому сыну Ермило Матвеич.
— А вот малиновый хороший, московский кипучий! Самый лучший, с игрой, с иголкой — бьет в нос метелкой! Не пьян да ядрен, в стаканчик нальем! Наливать, что ли,
вашей милости-с?
Затем, прекратя сие писание, вновь приношу наичувствительнейшую и глубочайшую нашу благодарность ото всего нашего семейства за
ваше неоставление в бедной нашей доле, паче же всего от всей души моей и от всего сердца молю и просить не престану прещедрого и неистощимого в своих
милостях Господа Бога, да излиет на супружескую жизнь
вашу всякие блага и
милости к вам.
— Что с ним, батюшка? Скажите на
милость!.. Сделайте такое
ваше одолжение, — говорила она, обливаясь слезами.
— Вы, Авдотья Марковна, столько благодеяний мне оказали, что буду я теперь неустанно Бога молить, да устроит он
ваш жизненный путь. Пошли вам Господи доброго и хорошего сожителя, дай Бог удесятерить достатки
ваши, дай вам Бог во всю
вашу жизнь не видать ни горя, ни печалей. А я, после таких ко мне
милостей, вековечный и верный служитель
ваш. Теперь ли, после ли когда, для вас на всякую послугу готов.
— Благодетель вы наш, — отвечала плачущая и взволнованная Дарья Сергевна. — Нежданный-эт гость лучше жданных двух, а вы к нам не гостить, а с Божьей
милостью приехали. Мы до вас было думали, что Марк-от Данилыч ничего не понимает, а только вы подошли, и за руку-то вас взял, и радостно таково посмотрел на вас, и слезыньки покатились у него. Понимает, значит, сердечный, разум-от, значит, при нем остался. Челом до земли за
ваше неоставленье!
—
Вашей же
милости сходнее, Марко Данилыч, — пожав плечами, с плутовской ужимкой, ответил Василий Фадеев.
— Не оставьте
вашей добротой, явите
милость, — низко кланяясь, радостно промолвил Терентий. — Век бы служил вам верой и правдой. В неволе к работе привык, останетесь довольны… Только не знаю, как же насчет воли-то?
Из любви к вам, матушка, из единой любви сказала, помнючи
милости Марка Данилыча и
ваши, сударыня…
Мы вас завсегда за своих почитаем, потому родителем
вашим оченно были довольны и много от него видали
милостей.
Хоша я теперь, по
милости Господней, и купец первой гильдии, хоша и капиталом владаю, хоша и не малые дела по рыбной части веду, а все же я не забываю, что мы
ваши прирожденные слуги…
— Проснись, хозяин, пробудись,
ваше степенство, Корней Евстигнеич проститься пришел с твоей
милостью.
— Да ведь ежели
ваше высокопреподобие отпустите отца Софрония, так я до самых Луповиц нигде не остановлюсь и назад так же повезу. А в Луповицах из барского дома ходу ему нет, — сказал Пахом. — Явите
милость, Марья Ивановна крепко-накрепко приказала просить вас.
— Может, другой кто белены объелся, — спокойно ответила матушка Ольге Порфирьевне, — только я знаю, что я здесь хозяйка, а не нахлебница. У вас есть «Уголок», в котором вы и можете хозяйничать. Я у вас не гащивала и куска
вашего не едала, а вы, по моей
милости, здесь круглый год сыты. Поэтому ежели желаете и впредь жить у брата, то живите смирно. А
ваших слов, Марья Порфирьевна, я не забуду…
Матушка сама известила сестриц об этом решении. «Нам это необходимо для устройства имений наших, — писала она, — а вы и не увидите, как зиму без милых сердцу проведете. Ухитите
ваш домичек соломкой да жердочками сверху обрешетите — и будет у вас тепленько и уютненько. А соскучитесь одни — в Заболотье чайку попить
милости просим. Всего пять верст — мигом лошадушки домчат…»
— Так не будет ли такой
милости,
ваше превосходительство, — сказал Никифор, — чтоб теперь же мне полтинник тот в руки, я бы с «крестником» выпил за
ваше здоровье, а то еще жди, пока вышлют медаль. А ведь все едино — пропью же ее.
— Да мне долго ждать никак невозможно,
ваше степенство, на той неделе надо беспременно на пароходе в Рыбинск бежать… К сроку не поспею — места лишиться могу… Явите божескую
милость,
ваше степенство, прикажите выдать удостоверение, я бы тем же часом в город за пачпортом… — с низкими поклонами просил Алексей Михайлу Васильича.
— Ах, батюшка Патап Максимыч! — вскликнул Авдей, приемный сын Никитишны. —
Милости просим. Пождите маленько,
ваше степенство, за свечой сбегаю, темненько на дворе-то, не зашибиться бы вам ненароком.
— Уж сделайте такое
ваше одолжение… Не откажите… Да уж и теплоту-то в стеклянном стакане подайте… Уж сделайте
милость.
— Расскажи, сделай
милость. Очень любопытно узнать
ваши похожденья, — сказал Патап Максимыч.
—
Ваше степенство! — крикнул со своих дровешек дядя Онуфрий. — Уж ты сделай
милость — язык-то укороти да и другим закажи… В лесах не след его поминать.
— Не шелковы рубахи у меня на уме, Патап Максимыч, — скорбно молвил Алексей. — Тут отец убивается, захворал от недостатков, матушка кажду ночь плачет, а я шелкову рубаху вдруг вздену! Не так мы, Патап Максимыч, в прежние годы великий праздник встречали!.. Тоже были люди… А ноне — и гостей угостить не на что и сестрам на улицу не в чем выйти… Не
ваши бы
милости, разговеться-то нечем бы было.
— Так уж лучше в часовню пожалуйте, — сказал отец Михей. — Посмотрите, как мы, убогие, Божию службу по силе возможности справляем… А пожитки
ваши мы в гостиницу внесем, коней уберем… Пожалуйте,
милости просим.
Засим, прося
ваших святых и до Бога доходных молитв и уповая на
милость вашу, остаюсь доброжелательница
ваша, Наталья Шарымова».
— Ах, боже мой, боже мой! — заговорил он тонким, певучим голосом, задыхаясь, суетясь и своими телодвижениями мешая пассажирам вылезти из брички. — И такой сегодня для меня счастливый день! Ах, да что же я таперичка должен делать! Иван Иваныч! Отец Христофор! Какой же хорошенький паничок сидит на козлах, накажи меня бог! Ах, боже ж мой, да что же я стою на одном месте и не зову гостей в горницу? Пожалуйте, пoкорнейше прошу…
милости просим! Давайте мне все
ваши вещи… Ах, боже мой!
— Многое помню. Как только себя в жизни запомнила, с тех пор любовь и
милость вашу над собой увидела, — проникнутым голосом проговорила она и вся вдруг вспыхнула.